Елена СТАРИКОВА: «Выходишь на старт как с обложки журнала»

Eлeнa Стaрикoвa. Фoтo: из aрxивa «СЭ»

O сaмoм вeсoмoм дoстижeнии в кaрьeрe и мнoгoм другoм нoвoиспeчeннaя вицe-чeмпиoнкa мирa рaсскaзaлa в интeрвью «СЭ».

 

Минувший сeзoн выдaлся сaмым успeшным в кaрьeрe 22-лeтнeй львoвянки Eлeны Стaрикoвoй.

 

Двe мeдaли нa чeмпиoнaтe Eврoпы в Глaзгo, пять — нa этaпax Кубкa мирa с пoбeдoй в зaчeтe спринтa в придaчу и, нaкoнeц, сeрeбрo пoльскoгo Прушкувa, кoтoрoe стaлo для Укрaины пeрвoй нaгрaдoй чeмпиoнaтa мирa зa пoслeдниe 11(!) лeт с Мaнчeстeрa-2008.

 

Нa втoрую ступeньку пьeдeстaлa пoчeтa глaвнoгo стaртa сeзoнa Eлeнa Стaрикoвa пoднялaсь в гитe нa 500 м — дисциплинe, гдe бoрьбa идeт в пeрвую oчeрeдь с сeкундoмeрoм. Нo трeнeр спoртсмeнки Eвгeний Бoлибруx увeрeн, чтo этo тoлькo ступeнькa к успexaм в бoлee слoжныx дисциплинax — спринтe и кeйринe. Дeлo — зa oпытoм!

 

МOИ МEДAЛИ OXРAНЯEТ ДAРТ ВEЙДEР

 

— Eлeнa, вы рoдились и свoи пeрвыe шaги в вeлoспoртe дeлaли в Xaрькoвe, a трeнируeтeсь во Львове. Как произошла смена спортивной прописки?

 

— За Львов я выступаю второй год, но тренируюсь там гораздо дольше. Поскольку в этом городе находится единственный деревянный трек в Украине. Все близко и удобно. Еще одной из причин моего переезда во Львов стало начало сотрудничества с Евгением Болибрухом. Я считаю, что мне крупно повезло встретить такого талантливого тренера, который сам в недавнем прошлом был спортсменом.

 

— Что вы знали о велоспорте, когда ваш нынешний тренер дважды выигрывал Кубок мира мира в гите?

 

— Еще будучи маленькой девочкой, я слышала, что есть такой сильный спортсмен Евгений Болибрух. Но, конечно, даже подумать не могла, что однажды он станет моим тренером. (Улыбается). У него есть лидерские качества, он умеет организовывать тренировочный процесс, все четко объясняет, может и поругать, когда заслуживаешь. Но если он злится, то это всегда по делу.

 

— А медали ваши, в том числе и серебро чемпионата мира, где хранятся — во Львове или в Харькове?

 

— Во Львове — на картонной копии Дарта Вейдера.

 

— Про полочки для трофеев я слышала, про медальницу — тоже (на ней хранит свои награды олимпийский чемпион Александр Абраменко), но чтобы Дарт Вейдер?

 

— (Улыбается). Прятать медали в ящик не хотелось, крючки вбивать в стену тоже как-то диковато. Поэтому я и решила доверить их своему любимому персонажу из фильма «Звездные войны».

 

— Значит, перед нами поклонница космической саги о джедаях?

 

— Можно и так сказать.

 

— Выходя на старт в Прушкуве, вы знали, что медалей чемпионата мира у украинской сборной не было уже одиннадцать лет!?

 

— Честно признаться, не знала. А когда прочитала об этом факте в новости о моем успехе на официальной странице НОК Украины в Facebook, даже не поверила. Но не могу сказать, что это как-то отразилось на восприятии моего достижения.

 

Я отдаю себе отчет в том, что гит — это не олимпийский вид, а второе место — не первое. Серебро, как говорит мой тренер — это просто утешительный приз. Впереди у нас еще много работы.

 

СУДОРОЖНО ВСМАТРИВАЛАСЬ В СЕКУНДЫ

 

— Вы завоевали право выступать сразу в трех видах программы чемпионата мира в Прушкуве. Было ли изначально понимание того, что именно в гите у вас больше всего шансов побороться за медаль?

 

— В этом сезоне медали в гите разыгрывались только на одном этапе Кубка мира в Берлине. И мне удалось там победить, да еще и с личным рекордом 33,210. Поэтому я не то, чтобы надеялась на пьедестал в этом виде, но понимала, что у меня есть потенциал, чтобы за него побороться.

 

— Четвертое место в квалификации прибавило уверенности перед финалом или вы ожидали большего?

 

— Четвертое место добавило волнения. Польский трек не самый скоростной в мире. Я не понимала, какой результат могу там показать, но все же мне казалось, что он должен был быть лучше, чем 33,674. Хотя у меня и раньше бывало такое, что утром я показывала время чуть слабее, а вечером собиралась.

 

— Сколько часов было между квалификацией и финалом и как их провели?

 

— Перерыв был довольно большой, четыре часа. Я поехала домой, покупалась, покушала и поспала. Есть у меня такая фишка, для перезагрузки организма нужно подремать минут пятнадцать — и все, я как огурчик. В общем, было достаточно времени, чтобы восстановиться.

 

— Восстановиться физически, а морально? С какими мыслями выходили на старт в финале?

 

— Перед стартом я очень сильно переживала, было четкое осознание того: что я либо с медалью, либо ни с чем.

 

— Для зрителей гит пролетает как одно мгновение, но для вас наверняка все иначе. Не могли бы вы объяснить за счет чего вам удалось сбросить три десятых в финале?

 

— У меня есть потенциал на разгоне. Многие соперницы стартуют лучше меня, я отыгрываю все на второй половине. В общем, нужно работать над стартом, когда прибавлю в этом компоненте, смогу быть сильнее остальных. Я обрадовалась, когда финишировав в финале, увидела, что мое время уже лучше, чем в квалификации — 33,307. Утром первые три спортсменки проехали очень близко друг к другу. А у меня был результат похуже.

 

— После вашего выступления, оставалось проехать еще трем участницам, насколько сложно было ждать окончательных результатов?

 

— Я ехала к станку закатываться с одной стороны, переполняемая положительными эмоциями, а с другой — тревогой. Я не понимала, как соперницы проедут. Потом судорожно всматривалась в их секунды, очень хотелось, чтобы мой результат остался первым. После окончания соревнований были смешанные чувства. С одной стороны, я была счастлива, что у меня серебро, с другой, расстроена, что не первое место.

 

СЮРПЛЯС — ЭТО ЦЕЛОЕ ИСКУССТВО

 

— Болельщики безусловно с интересом следили и за вашим выступлением в спринте на мировом форуме в Прушкуве. Все-таки именно этот вид принес вам Кубок мира по итогам сезона-2018/19. Расскажите, как развивались события в вашем четвертьфинальном противостоянии с австралийкой Стефани Мортон? Вы проиграли будущей вице-чемпионке мира физически или все-таки тактически?

 

— С точки зрения тактики все было сделано правильно, скорее дело в физике. Мне пока не хватает буквально десятки, чтобы соперничать с лидерами, в частности с Мортон. Чтобы я не сделала головой, она меня обгоняет. В спринте многое решает квалификация, если бы я проехала ее чуть быстрее, то дальше мне было бы легче.

 

А так уже в четвертьфинале я попала под самую сильную спортсменку. Я сделала, все что могла, на какие-то доли секунды даже подумала, что у меня получится, но австралийка меня все равно опередила. Как бы то ни было, я получила на этих соревнованиях драгоценный опыт и обязательно использую его в будущем.

 

— Насколько важно знать особенности езды соперниц или же спринт — это всегда экспромт?

 

— Конечно, знать важно и нужно. Кто-то может лучше разогнать, кто-то лучше доехать, некоторых спортсменок нельзя выпускать на первый круг. Иначе потом ты просто не успеваешь их обогнать. Необходимо к каждому противнику подбирать тактику, но ничего нельзя спланировать заранее. Все равно приходится действовать по ситуации. Может случиться, что угодно и нужно сразу принимать решение, которое приведет к победе.

 

— В велотреке есть одно явление, знакомое даже тем, кто не сведущ в его тонкостях, это сюрпляс. Вы рады, что не застали те времена, когда гонщики могли по полчаса топтаться на месте или же вам было бы интересно попробовать себя в этом?

 

— Мне интересен сюрпляс, не на двадцать минут, конечно, а в рамках существующих правил. Я владею этим навыком и даже демонстрировала его на соревнованиях более низкого класса. Но мне, можно сказать, сюрпляс не выгоден, потому что я могу проехать на первую позицию, с нее подергать соперницу и таким образом добиться желаемого результата. Пробовать сюрпляс на чемпионате мира было слишком рискованно. Ты и так волнуешься, можно где-то не так стать, дернуться, упасть. Не хочется, чтобы все это произошло на глазах у стольких зрителей.

 

Хотя сюрпляс — это зрелищно и интересно. Люди, которые разбираются в велоспорте, видя сюрпляс, сразу начинают аплодировать, потому что он показывает тактику и уровень владения велосипедом. Это только со стороны кажется, что стоять в сюрплясе легко, на самом деле мышцы могут заболеть и ты расходуешь много энергии, кстати, может еще и поэтому ввели временное ограничение.

 

— Есть один вид программы, в котором вам пока не удавалось завоевывать медали на крупных стартах — это кейрин. Любовь Басова, выигравшая европейское золото в этой дисциплине, рассказывала, что долго не могла понять, как ее ездить. Получается это вопрос опыта и практики или все-таки есть качества, без которых можно добиться успеха в спринте и гите, но нельзя в кейрине?

 

— В спринте твоя победа больше зависит от чистой скорости. Чем ты выше квалифицировался, тем слабее у тебя будут соперники на следующих стадиях, соответственно тем больше шансов дойти до финала. А в кейрине побеждает тот, кто грамотно распределяет силы, знает конкурентов и умеет молниеносно принимать решения, выбирать выгодную позицию, следить за другими участниками, это очень важно. В кейрине человек может просто отсидеться на колесе у более сильного гонщика и потом его еще и объехать, хотя в спринте он даже не пройдет квалификацию. Кейрин как лотерея, это самый интересный и зрелищный вид в велоспорте. Я надеюсь и его тоже освоить со временем.

 

— Гит, в котором вы стали вице-чемпионкой мира, к сожалению, не входит в олимпийскую программу. Вы уже определились с прицелом на какие виды будет строиться ваша подготовка к отбору на Игры в Токио-2020?

 

— Если завоевываешь олимпийскую лицензию в командном спринте, то автоматически получаешь право стартовать и в спринте индивидуальном, и в кейрине. Но если что-то случится с твоей напарницей, даже не знаю, можно ли будет в таком случае поехать на Олимпиаду. Поэтому дабы быть уверенной на все сто процентов в своем участии, я в первую очередь сконцентрируюсь на индивидуальном виде.

 

Я ПРОСТО НЕ ЛЮБЛЮ ХОДИТЬ ПЕШКОМ

 

— Как из детского увлечения езда на велосипеде переросла в профессиональное занятие?

 

— В секцию велоспорта меня привела мама, когда мне было тринадцать лет. Поначалу, я как и все дети, пробовала себя в разных дисциплинах. Ездила и на шоссе, и на байке в лесу выступала, но дождь и слякоть — это точно не мое. Мне больше по душе был именно трек. Потому что это элитный чистый вид спорта, ты выходишь на старт, велосипед под тобой сверкает, сам ты как с обложки журнала.

 

— Когда начали возвращаться с тренировок с синяками и ссадинами, а без этого наверняка не обходилось, мама не пожалела, что отдала дочку на велоспорт?

 

— Я приходила домой с ссадинами и синяками еще до велоспорта, потому что была очень активным ребенком. Девочка в платьице с коленками в зеленке — в моем случае это было привычное зрелище.

 

— Говорят, спринтерами не становятся, а рождаются. Согласны?

 

— Спринтером нужно родиться — это правда! У тебя либо есть мышечные волокна, необходимые для спринта, либо нет — это дается природой. Так что мне крупно повезло, что она наделила меня таким даром и более того, что я с ним попала в ту сферу, где могу его реализовать. У меня сильные ноги и маленький корпус, мне легко возить себя на велосипеде.

 

— Со стороны кажется, что для того, чтобы достичь успеха в спринте, нужно и в жизни быть взрывной и бескомпромиссной или характер можно натренировать?

 

— Знаете, подобные вопросы меня обычно ставят в тупик. Я сама начинаю анализировать, каким же должен быть спринтер по характеру. Мне все-таки кажется, что это можно тренировать, по крайней мере спортивную злость точно можно выработать.

 

— Вы не участвуете в групповых гонках, но все же рискну предположить, что и в вашей практике падения случались…

 

— Последний раз я падала на чемпионате мира в Гонконге. Просто я локти сильно расставляю, когда еду, вот меня и задели. Отлетела в сторону как мячик. Но в плане последствий для здоровья, можно сказать, еще легко отделалась. Серьезных падений в моей карьере не было, надеюсь, и не будет.

 

Вообще, чаще всего неприятные ситуации возникают в кейрине, а я пока еще не так часто в нем участвую. Это самый контактный вид, соперницы не всегда задумываются объехали они тебя полностью или нет, могут накрыть и ты падаешь. Именно в кейрине чаще всего ломаются ключицы и разбиваются велосипеды.

 

— Насколько украинская команда в плане технического оснащения может конкурировать с ведущими сборными мира? На каком велосипеде вы добывали серебро в Прушкуве?

 

— Мы ездим на отечественных велосипедах Comanche. Как видите, у меня получается показывать на Comanche результаты, которые позволяют конкурировать с мировой элитой. К тому же эти велосипеды еще и очень красивые, в сине-желтых тонах, подходят под форму. Мне кажется, что наша команда одна такая стильная на треке!

 

Также Министерство молодежи и спорта Украины приобрело для меня велосипед французской фирмы, с которой сотрудничают многие сборные, Look. Он тоже очень хороший, но нужно время, чтобы к нему привыкнуть, потому что он отличается от Comanche. Французская модель более жесткая, а наша — более маневренная. Два моих прекрасных болида, как я их называю. Это сложно описать словами, но когда ты садишься на велосипед, ты его чувствуешь. Он словно становится продолжением тебя, хотя, казалось бы, всего лишь кусок карбона.

 

— Когда приходит время отпуска, прячете кусок карбона подальше или и на отдыхе с ним не расстаетесь?

 

— Не расстаюсь! Во-первых, зачем расставаться с тем, что тебе нравится, во-вторых, я не люблю ходить пешком. Велосипед спасает! (Улыбается).

 

Анна САВЧИК, Спорт-Экспресс в Украине

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.


Все права защищены © 2019 Спортивный журнал.